История о том, как я нарушил пост

Время от времени я вспоминаю и записываю здесь свои странные или веселые истории. И сегодня, как и обещал, я хотел бы записать историю своего великопостного грехопадения. Значит так. Как и каждый старый ворчун, я стараюсь не видеть хорошего в существующей меня обстановке, постоянно уверяя себя в том, что самое главное и интересное в жизни уже в далеком прошлом, то есть уже б ы л о . Ну, там травка зеленее, солнышко поярче, и всякая прочая бесполезная фигня… Но, безусловно, уникальным временем моей жизни, впрочем, как и всех остальных людей с высшим образованием, были студенческие годы… То сладкое время, когда мое остроумие могло не иметь столь печальных для всех последствий, как это случиться в будущем. Но тогда я об этом еще не знал, и даже не догадывался.

Если взять, к примеру, время учебы в академии, скорее всего, это было вообще, самая волшебная часть моей жизни. Уникальный опыт пребывания в благодатных стенах нашей богадельни дал мне не только знания основ теологии, но и, смею надеятся, умудрил меня в общем смысле.

Поступил я туда уже будучи священником двух лет практики, в далеком 2000-м юбилейном году. Из истории поступления больше всего мне запомнился эпизод, когда после оглашения результатов вступительных экзаменов, оказалось, что мой друг Андрей, с которым мы учились в одной семинарии, все-таки принят не был, и я оставался там в некотором смысле один. Конечно, я понимал, что не виноват в том, что меня приняли, а его нет. Даже он понимал, что я не виноват. Тем не менее, я старался его максимально поддержать, в столь непростое для него время. Впрочем, он был искренне рад за меня, и все оставшееся время мы с ним проводили вдвоем.

Апогеем нашей дружбы был эпизод на ЖД вокзале города-героя Киева, откуда мы планировали разъехаться по домам – он к себе одним поездом, а я к себе другим. Но мы столько проговорили с ним интересного, что его поезд решил все-таки Андрея не ждать. Он конечно побежал за ним, но поезд – это же не девушка, а Андрей вообще ни разу не ковбой. Машинист останавливаться не стал. Ужас от потери поезда в глазах моего друга был несоизмеримо больше от факта, что буквально несколько часов ранее, его не приняли в лучший богословский ВУЗ страны. Хорошо, что у него были еще деньги, и  даже вернули целых 20% за билет, которым он так и не воспользовался.

Но моя жизнь, слава Богу, продолжалась. По окончанию последнего года учебы, на последнем экзамене с Пастырского богословия, которое преподавал и принимал у нас владыка-ректор, он обратился ко мне с предложением, от которого я не смог отказаться. Мне было предложено место преподавателя. И так, после недолгих каникул, с 1 сентября я вошел в корпорацию монстров преподавателей КДА. И это все была присказка. А сказка – вот она!

Так случилось, что несколько моих однокурсников не смогли вовремя, или не смогли успешно, сдать экзамены, и, соотвественно, получить дипломы. Среди них был один из лучших моих друзей за время учебы – отец Владимир. Мы там дружили все со всеми, и, как взрослые бородатые люди удивительно мирно и благообразно уживались между собой. Так, что, абсолютно все без исключения могли смело назвать друг друга именно друзьями. Но вот те, кто особенно был на моей волне – таких было не очень много – отец Олег, Александр, Владимир. Они понимали мои шутки, да и я смеялся всегда в о в р е м я, когда шутили они. Среди тех священников, которые не сумели выпуститься из академии вместе со всеми, почему, уже не помню, оказался как раз и отец Владимир, родом с Волыни, как и большинство остальных моих одногрупников.

Среди прочих его проблем, больно стоял денежный вопрос. Маленький и бедный приход не давал возможности одновременно учиться в Киеве, даже заочно, и при этом купаться в роскоши. Показательным примером было то, как однажды отец Владимир привез оплату за учебу гривен триста одними монетами, завернутыми в простой женский платок. Он думал, что где-то по дороге в Киев, или уже в самом городе, сможет запросто обменять их на бумажки. Но когда перед кассирами представала сцена из мультика о Скрудже МакДаке, они только крутили пальцами у виска и смеялись.Так целую неделю в центре столицы он не мог нигде их разменять. Но потом, я предложил нажаловаться владыке на семинарскую кассиршу, и она, не без плача и скрежета зубов, вынуждена была забрать весь этот платок, общим весом в несколько кг.

news-image-52dd266c14def (Medium)

Но и это еще не сама история! Имеющий вечные проблемы с деньгами, как-то после Богоявления, и хода с кропилом по домам прихожан, наш отец Владимир все-таки собрал нужную суму. Не теряя времени, он сунул пачку денег в задний карман своих лучших штанов, и поехал в Киев. Было холодно. Зима. Но стопка денег, лежащих в заднем кармане, приятно согревала его иерейское тело начиная от того места, на котором он обычно сидит. Когда по пути в Академию отец Владимир невольно грустил, то несколько раз шпепал себя по седалищу, осознавая приятное присутствие денежных знаков. Нельзя сказать, что он очень любил деньги. Весь трагизм ситуации состоял в том, что это деньги его не любили отца Владимира. И, как каждый влюбленный безумец, он знал, что даже во время мыслей о деньгах, его скромный организм вырабатывает эндорфины – гормоны счастья. Скорее всего, это был именно тот единственный случай, когда мужик гордился не тем что у него спереди, а тем, что сзади. Напомню – деньги он держал в заднем кармане своих священноиерейских брюк.

Вы даже не можете представить шок и боль отца Владимира, когда уже перед кассой он понял, что никаких денег в заветном кармане у него больше нет! Во время романтического путешествия на метро, вор ловко вытянул деньги, но при этом еще сунул в карман несколько салфеток. Так, потеряв бдительность отец Владимир с этими салфетками и дошел до самой кассы…Он был в Киеве, без денег. И даже без мечты о Рио-де-Жанейро…

Я уже отдыхал в своей комнате, когда услышал стук в дверь. Это был он со своей историей. Главной моей задачей было не только дать ему денег, но и уберечь от отчаяния. Да, еще расскажу вам как я вообще, “традиционно”, тратил свои деньги. За все три работы я получал около 300 баксов вместе. Из них 200 я сразу отправлял домой, а 100 оставлял себе на книги (обычно 80%) и на еду (20%). Так попало, что в этот раз у меня уже оставалось вообще мало денег, но я все отдал ему. У меня выход одолжить у когото-еще был, а у него – не было. С огромным сочувствием я дал ему сколько нужно и принял как мог. А потом он уехал, и я забыл о нем совершенно. Три работы – все таки.

И вот однажды. Совершенно перед Великим постом является ко мне отец Владимир с огромной сумкой. Оказалось, что он видя мой скудный стол, привез мне всяческой жратвы. Ну, первую и большую часть сумки и ее содержимого мы съели сразу. А вот сало осталось. Еще скажу, что в обычное время мне не очень приятно деже на слух это слово. В далеком лицейском детстве, наш учитель вокала несколько раз разьяснял нам почему он ненавидит попов. Как оказалось, однажды он зашел в дом к настоятелю, посреди поста, а тот “жрал яичницу с салом”. Эта фраза была продублирована еще несколько раз, все громче и отчетливее. С того времени я испытываю ужас не только по отношению к яичнице с салом, но особенно в комплекте со священнослужителями. В здравом уме я не могу есть сало в принципе. Оно противно мне срвершенно не смотря на все еврейские и мусульманские религиозные гастрономические предрассудки.

И вот, случилось так, что у меня не было ни денег, ни возможности что-то купить. За окном был пост, а на окне все еще оставалось сало – подарок отца Владимира. А еще у меня оставалось много хлеба с панихид, который я не успел вовремя раздать. Да, тогда я собственными руками взял это сало, соскреб из него остатки соли. Врезал кусочек. Поставил на ломтик черного хлеба. А потом я открыл рот. Ну, и съел. Съел и не умер. Сильно вкусно не было, но адреналин в определенном смысле подскочил. Я же порядочный все-таки. А потом, помню, отец Владимир еще пару раз приезжал в Киев, но так денег мне и смог отдать. Но, конечно, же он отдал их мне уже когда я забыл, и это меня обрадовало еще больше.

Вот такая история. Я не знаю где и как он сейчас. Но всегда с огромной радостью вспоминаю то время. Мы обязательно встретимся. И конечно, будем есть сало и запивать холодной водкой.

Спасибо, что внимательно слушали старичка, и не уснули.

Запрошую вас на свій новий проект 2015Відкрити!
Close
Подружіться зі мною!
Разом і батька легше бити!